nonamevc

когда я начал смотреть и изучать этот рынок, первым делом решил поискать других инвесторов, кто вкладывался на ранних стадиях в описанные выше компании. после небольшого рисёрча по базам я стал неожиданно часто натыкаться на японские имена в GP фондах. по работе в Японии у меня сложилось стойкое ощущение, что японца за границу не вытащишь; они сами туда не сильно стремятся, да и чувствуют себя одиноко. в общем, Африка была не тем местом, где я ожидал услышать приятное уху nihongo jouzu desu ne в ответ на свой почти полностью утраченный японский. короче, не знаю, где вам это может пригодится, но впереди пост про перепитии венчурных инвестиций в Японии. начнём с того, что японский бизнес в Африке представлен давно и плотно, особенно в автопроме. сбытовая сеть Toyota дотягивается до 53 африканских стран, а торговый дом группы Toyota Tsusho в середине десятых выкупил французский CFAO, крупнейшую дистрибуторскую сеть континента. да и японцы в африке всем нравятся. в политику особо не лезут (есть только военная база в Джибути), колониального прошлого за ними в Африке нет, а люди будут ездить на короллах при любом режиме. япония праворульная, поэтому японская бэушка активно осела в праворульные страны: кения, танзания, уганда, замбия, зимбабве, юар. японский венчурный капитал отличается от привычного американского, нацеленного на быстрый рост, рост оценки и классическую лестницу раундов. в штатах LP это эндаументы, пенс-фонды, фэмили-офисы, и иногда корпорации и мандат у них один: доходность. в японии LP это в большинстве корпорации, которым нужны и деньги, и «стратегическая ценность», то есть новые направления бизнеса. вместо того чтобы заказывать какую-то отписку от PwC про анализ рынка, легче проинвестировать в нескольких предпринимателей и иметь место в первом ряду. при этом японские корпораты в Африке спокойно ко-инвестируют мимо собственных фондов. один японский корпорат может одновременно быть LP в фонде, вести свой CVC, давать стартапу долг и подписывать с ним операционное партнёрство. например в series A у Moove сидит Verod-Kepple, японско-нигерийский фонд, рядом с ним MUFG. в MAX ещё в 2019 г. в Autochek и кенийском Fleetsimplify Mobility 54, CVC Toyota. лучшая иллюстрация того, зачем это всё, MUFG. банк вложился в Moove , а потом через свою сеть среди японских конгломератов организовал Moove партнёрство с Suzuki, по которому Suzuki стал основным поставщиком машин. вообще описанную выше модель vehicle finance очень полюбили японские корпорации. японская ставка, до недавнего времени была (сейчас 1%, была окулонулевая) едва ли не лучший экспортный товар страны после машин японский мфо Hakki, весь бизнес построил вокруг простого арбитража - занимать в японии и выдавать кенийским таксистам, где рынок привык к совсем другим цифрам. ставка получается на 25–35 процентных пунктов ниже конкурентов. посмотрел к посту, во что вкладывали японцы за это время. больше трети инвестиций это финтех - 59 компаний из 157. следом мобильность и логистика (27) и healthcare (23), дальше энергетика (13), e-com и маркетплейсы (13), и совсем немного агро (6). инвестиций по-крупному окупились в пять компаний: финтех Moniepoint (Kepple), Moove (Verod-Kepple и MUFG), кенийский M-KOPA (Sumitomo заходил дважды, в 2018 и 2023), платежка OPay и аналог TopTal Andela, в которые в 2021-м зашёл SoftBank (больше он никуда не заходил) ни одного крупного поглощения африканского стартапа японской корпорацией так и не случилось. зато Moove, купил японский автопарк, Tokyo Taxi. вообще: японцы в Африке не только инвестируют, но и строят сами. таких контор шесть. Wassha в танзании это pay-as-you-go-фонари через сеть киосков, на которую Yamaha и Daikin потом навесили доставку и подписку на кондиционеры. Dots for в Бенине, солнечные роутеры по деревням. Degas в Гане кредитует фермеров и смотрит на их поля со спутника. Dodai в эфиопии делает электробайки местной сборки, $13m в апреле, крупнейший раунд в истории эфиопских стартапов.

сгонял недавно на 10 дней в Перу. случайно обнаружил, что это 50-ая страна, которую я посетил; на таких объёмах уже можно и в тревел-блогеры идти так что держите небольшой обзор. 1/ за 10 лет в стране сменилось 9 президентов. самый упорный (Дина Болуарте) продержался лет 3.5, а самого быстрого (Мануэль Мерино) снесли через 5 дней. по конституции парламент может импичнуть президента 2/3 голосов за расплывчатую «моральную неспособность». я попал в финальную часть выборов. вся стратегия последних лет сводилась к тому, чтобы голосовать против «фухимористов». Альберто Фухимори это этнический японец, родившийся в Лиме. выучился на инженера, преподавал в аграрном университете, а в 1990-м внезапно для всех выиграл выборы. фигура двоякая: с одной стороны, с ним связывают разгром левых маосистов и победу над гиперинфляцией. в 1990-м цены росли на ~7480% в год; Фухимори, едва сев в кресло, снёс субсидии и контроль цен разом (бензин подорожал на ~3000%). 410% уже в 1991-м, 74% в 1992-м, а к 1997-му инфляция сдулась до однозначных чисел. но с другой стороны запомнился, как диктатор. в 1992-м устроил самопереворот: разогнал парламент, приостановил конституцию и стал править указами. при нём работали эскадроны смерти и всесильный теневой шеф разведки Монтесинос. и самое тёмное. в 1996–2000 по госпрограмме простерилизовали 270–300 тысяч женщин, в основном коренных и бедных, «с гор», чтобы небелые слои меньше размножались. своего рода геноцид, направленный на этнические меньшинства. поняв, что его всерьёз могут закрыть, в 2000-м Фухимори уехал в Японию и оттуда прислал факс с отставкой. Япония своих (в том числе этнических японцев; двойного гражданства нет) не выдаёт. видимо, решив, что не хватает латиноамериканского хассла, в 2005-м зачем-то приехал в Чили — где его и приняли, и выдали Перу. отсидел лет 16, вышел по удо по состоянию здоровья, в свои 86 заявил, что снова идёт в президенты (в латаме отсидка на политический вес влияет только положительно), но не успел и умер. а в неделю, когда я приехал, как раз досчитали голоса новых выборов. выиграла Кейко Фухимори, дочка Альберто, до этого трижды проигрывавшая. давит ровно ту же строгую линию отца: хочет раздавить преступность и мечтает построить мега-тюрьму по образцу сальвадорской CECOT, милитаризировать границы и депортировать нелегальных мигрантов. так она станет той самой 9-й президентшей за десятилетие. хронический паралич демократических институций вновь узаконил авторитарный бренд и избиратель начал вспоминать авторитаризм 1990-х не как общественную травму, а как период утраченной государственной эффективности. 3/ мне это очень почему-то напомнило филиппины, где недавно в президенты вернулся Бонгбонг Маркос — сын неоднозначного Фердинанда Маркоса. вообще я не мог отделаться от ощущения, что перуанцы очень напоминают внешне филиппинцев. 4/ по безопасности всё как в любой америке: по одним районам гуляешь, по другим нет. преступность с годами к сожалению растёт. рэкет за пять лет подскочило почти в 5 раз, рэкетят уже не только малый и средний бизнес, но даже школы. больше всего контроля у Tren de Aragua, венесуэльская банда, которая с волной миграции расползлась по югу континента; в Перу её официально, с 2024-го, зовут «врагом нации номер один». в июне 2026-го главаря банды грохнули в совместной операции США и Венесуэлы, но толку мало: ячейки давно живут сами по себе, дробятся на новые бренды и уползают из столицы в горы и джунгли. хотя говорят, что в 2026 стало лучше. те районы, куда раньше лучше было не заходить уже вполне ок. еще заметил, что на улице много стройки и капитальный проектов. возможно в этом есть какая-то связь. 5/ Фухимори дал Перу возможность выделяется в регионе. редкий островок макростабильности: низкая инфляция, крепкий соль, независимый цб. поэтому, в отличие от вечно штормящей Аргентины, бизнес тут научился жить обособленно от всех пертурбаций, почти на автопилоте, кто бы ни сидел в президентском кресле. 6/ за всю десятилетнюю чехарду местная валюта выросла с 2.8 → 3.9 за доллар. инфляция держалась в однозначных числах, госдолг ~20–35% ввп. под политическим штормом спокойно тикает технократическое ядро: центробанк и минфин, которые не трогает ни один президент. 7/ ковид уронил ввп на 10.9% (один из худших обвалов в мире — слабое государство плюс ~70% серой экономики), и бедность за год скакнула с 20% до 30%, откуда так толком и не вернулась. а рост тихо сдулся с ~6% сырьевых 2010-х до 2–3% сейчас. то есть перу это две экономики: стабильная макро-оболочка, которой плевать кто президент, поверх хрупкой реальной — с гигантской неформальностью и бедностью, которую чехарда так и не чинит. 8/ в перу нет импортных пошлин и есть порт. поэтому нет таких проблем с тачками, как в Аргентине и Бразилии, улицы моментально заполонили китайские бренды. 9/ две главные кухни — севиче и чифа (южно-китайская). если с первым всё интуитивно, у второго интересная история: в 19 веке на работы приехали китайцы из Гуандуна, адаптировали свою еду под местные продукты, а потом зашло и самим перуанцам. большие порции, компанейский формат. так что если вдруг наткнётесь на перуанско-кантонскую кухню, смело пробуйте. 10/ сейчас Китай это торговый партнёр №1 десять лет подряд, зфта с 2010-го. берёт в основном сырьё: горнодобыча это 80%+ экспорта в кнр, больше половины медь (перу вторая страна в мире по меди). 11/ причём медь всё чаще китайская уже на уровне собственности. крупнейшие рудники держат китайские госкомпании: Las Bambas (MMG / Minmetals), Toromocho (Chinalco), железорудная Marcona (Shougang). в 2024-м почти пятую часть всей перуанской меди дали всего две китайские конторы. 12/ Китай построил мегапорт Чанкай под Лимой, открывал лично Си в ноябре 2024-го. это крупнейший глубоководный порт на всём тихоокеанском побережье Южной Америки: принимает суда, которым больше негде причалить на континенте, и вдвое сокращает путь в Азию. по сути китайские ворота в Латам в обход США. 13/ ехал я, смотреть Мачу-Пикчу. виды невероятные, но само место мейнстрим. мне гораздо больше зашла Священная долина вокруг Куско, туристов меньше, а виды не хуже. 14/ перуанцам вообще повезло: инки оставили кучу следов. и самое потрясающее, даже не могучие террасные города, а простые улицы. в Куско и Ольянтайтамбо можно найти улицы времён инков и пре-инков, которая жива и функционирует до сих пор. когда пришли испанцы, они лишь слегка допиливали имеющееся: кладка стен инкская, дверь испанская. 15/ если пройтись по самым богатым районам Лимы, то наверное верно будет заметить, что ~80% сделали своё состояние на майнинге (нет, дорогие крипто-бро подписчики, на другом майнинге). горная руда ~половина всего перуанского экспорта уже лет двадцать (в 2023-м рекордный 51%), а вся экономика дышит в такт медному циклу — рента с недр скачет от 2% до 12% ввп вслед за ценой на медь. перу вторая страна мира по меди после Чили. 16/ и он до сих пор даёт возможности. большие фиды принадлежат крупным коммодити-трейдерам и производителям, зайти «в белую» — это наверное $200м костов. но, как рассказал один знакомый, отличный бизнес можно сделать и в серой зоне на участках, граничащих с разрешёнными для добычи, но без документов: окупаемость рудника около 6-7 месяцев с костами $200к (это с его слов, конечно это не инвестицонная рекомендация). самая чёрная зона это удел картелей, добыча в полностью запрещённых зонах или на землях резерваций коренного населения. 17/ то есть, кто преуспел в жизни скорее всего как-то связан с майнингом. верхний средний класс комфортно чувствует себя в корпоративном мире, получая 14 официальных зарплат в год и предсказуемый рост. 18/ стартапы в стране есть, я даже в один как-то инвестировал. но значимых местных фондов или офисов больших игроков тут нет. 19/ в Лиме очень редко идёт дождь. мой знакомый, кто живет там, за 4 года не видел его ни разу. виновато холодное течение Гумбольдта: остужает воздух у берега, а Анды добивают «дождевой тенью». вот и получается прибрежная пустыня с вечным туманом-моросью.